для чего вводят qr коды на самом деле
Это хуже, чем преступление. Население опять кошмарят QR-кодами
Татарстан вводит тотальные ограничения нормальной жизни и QR-коды для привитых, одновременно изолируя непривитых стариков. Пора бы уже в Государственной Думе VIII созыва кому-то процитировать знаменитое: «Это хуже, чем преступление. Это ошибка».
Опять началось. От испуга перед «четвёртой волной» коронавируса руководители российских регионов принялись загонять экономику подведомственных территорий в «локдаун». Проще говоря, принялись блокировать возможности нормальной жизни.
Логика решений такая: во-первых, все потери можно попросить (а вообще-то потребовать) компенсировать из федерального бюджета. Почему можно? Да потому, что, во-вторых, всё делается не столько из-за желания снизить количество потерь от эпидемии, сколько из желания получить высокую оценку своих усилий в Москве. Раз так, Москва и заплатить должна.
Свежий пример: власти Татарстана приняли решение ввести обязательные QR-коды для посещения привитыми гражданами всякого рода общественных мест и, одновременно, обязательную (само)изоляцию для непривитых граждан старше 65 лет. Почему они так решили? Ну, очевидно, под впечатлением от роста числа заражений и смертей. Цифры, увы, действительно не радуют: по России в целом зафиксировано 7 октября 27 500 новых случаев заражения, за сутки умерло 924 человека (данные с портала «стопкоронавирус.РФ»). Татарстан, кажется, оказался в первых рядах роста заболеваемости.
Проблема в том, что эффективность мер по остановке нормальной жизни и принуждению к самоизоляции, мягко говоря, остаётся гадательной. По очень простой причине: везде, где эти меры вводились раньше, они вводились на пике роста заболеваемости, а отменялись – при спаде. В какой мере они способствовали спаду – предмет спекуляции. При желании в действенность мер можно поверить. При желании – наоборот.
А вот вред, который наносят эти меры, виден невооружённым глазом. Даже если не принимать в расчёт очередное разорение малого и среднего бизнеса, который враз лишается клиентов. Даже если не спрашивать, как соотносятся пресловутые QR-коды со словами президента о том, что вакцинация в России может быть только добровольной, что людей можно только убеждать, а не заставлять (а сегрегация, которая вводится «вакцинными паспортами», как их ни называй, – это именно и есть мера принуждения к вакцинации).
Так вот, даже если на всё это не обращать внимания, остаётся простой вопрос: насколько реже изолированные непривитые старики пойдут в поликлиники? Насколько сложнее им будет получить необходимую им – не по поводу ковида, но по поводу хронических заболеваний – медицинскую помощь? Насколько больше будет осложнений у них в связи с неизбежными стрессами и невозможностью видеться с детьми и внуками? И совсем уж прямым текстом: сколько из них, изолированных от разрекламированной заразы, пополнит статистику «избыточной смертности», которая с 2020 года в России зашкаливает и в которой «ковидные» смерти составляют не больше трети?
Очень бы хотелось спросить готовящихся рапортовать о решительных мерах региональных чиновников: вы за это готовы отвечать? Ах, не подумали? А почему?
Эпидемию коронавируса во всём мире часто сравнивают с Первой мировой войной. И недаром: потери стран Запада, в частности США, с той великой войной уже вполне сопоставимы, даже превышают уже. Так вот, во время Первой мировой был в России такой депутат Государственной Думы Павел Милюков. 1 ноября 1916 года он произнёс самую знаменитую свою речь с критикой правительства, в которой задавал страшный вопрос:
Господа любители изоляции, как бы вам не услышать в скором будущем эти слова в свой уже адрес.
«Права и свободы граждан могут ограничить»: юристы — о законности введения QR‑кодов
С 28 июня рестораны и кафе Москвы и Подмосковья стали зонами, свободными от COVID-19. Теперь посетителей пускают внутрь только при предъявлении специальных QR-кодов. Обозреватель РИАМО пообщалась с юристами и выяснила, насколько законны введенные властями Московского региона ограничения.
Свободные от COVID-19 зоны
С 28 июня в Москве посещать кафе и рестораны могут только граждане с QR-кодом, который подтверждает факт вакцинации, перенесенной болезни или получения отрицательного результата ПЦР-теста на коронавирус. А вот на летние веранды до 12 июля посетителей будут пускать свободно. Соответствующие указы ранее подписал мэр Москвы Сергей Собянин.
Аналогичные меры, направленные на предотвращение распространения коронавирусной инфекции, ввели и в Московской области. Так, с 28 июня посещать подмосковные рестораны и кафе смогут только те, кто прошел обе фазы вакцинации от COVID-19, и переболевшие граждане. На летние веранды гостей будут пускать без ограничений при условии, что на трех квадратных метрах будет находиться один посетитель. Указ об этом подписал глава региона Андрей Воробьев.
По словам заместителя председателя правительства Московской области и министра здравоохранения региона Светланы Стригунковой, посетителей с отрицательными ПЦР-тестами или медицинским отводом от прививок в подмосковные рестораны пускать не будут. Тесты на COVID-19 бывают ложноотрицательными в самом начале заболевания, а граждан с медицинскими отводами от вакцинации, по ее словам, и вовсе не более 5%.
«Рестораны должны обслуживать всех»
По словам юриста Евгения Фурина, работа ресторанов и любых заведений общепита подпадает под статью 426 Гражданского кодекса РФ «Публичный договор». «Ресторан как субъект, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязан заключить договор с каждым клиентом, который к нему обратится. В ресторанах должны обслуживать всех желающих, и закон запрещает ресторану самому выбрать, кого обслуживать, а кого нет», — рассказал он РИАМО.
Согласно Гражданскому кодексу, в рамках публичного договора рестораны не могут выделять определенную группу клиентов и давать ей преимущества. Другие законы могут описывать исключения из общего правила, но, по словам юриста, введенные ковидные ограничения не могут стать достаточной причиной для выделения привилегированных групп. «По закону ресторан не может ограничить в правах одних граждан, не разрешая им войти, и не ограничивать при этом других. Это является явным нарушением», — считает Фурин.
Ресторан может не обслуживать посетителя только в случае, если в заведении нет мест, нет продуктов для приготовления блюд или провести обслуживание не позволяют технические сложности.
В четвертом пункте статьи 426 ГК РФ сказано, что правительство страны и уполномоченные федеральные органы исполнительной власти в предусмотренных законом случаях могут регулировать особенности публичных договоров в некоторых сферах, однако ни правительство Москвы, ни мэр столицы таких полномочий не имеют. По словам юриста, в «мирное» время отвергнутый клиент ресторана обратился бы в Роспотребнадзор, который мог бы оштрафовать ресторан. Право обратиться и в это ведомство, и даже в суд у гражданина есть и сейчас, но получится ли добиться какого-либо результата в текущих обстоятельствах — неизвестно.
«Права и свободы граждан могут быть ограничены»
Нарушение прав и свобод человека запрещено, более того, согласно статье 45 Конституции РФ, государство гарантирует защиту прав и свобод человека и гражданина в России. Об этом РИАМО сообщила к.ю.н., доцент Департамента правового регулирования экономической деятельности Финансового университета при Правительстве РФ Оксана Васильева.
В то же время перечисленные в Конституции права и свободы граждан не отрицают и не умаляют других общепризнанных прав и свобод человека — это указано в первой части статьи 55 Конституции РФ. «Данную статью можно растолковать как меру острой необходимости: права и свободы гражданина могут быть ограничены законом в той мере, в какой это необходимо. В данном случае такая необходимость вызвана обеспечением обороны страны и безопасности государства (ч. 3 ст. 55 Конституции РФ)», — сказала она.
По словам Васильевой, государство вынуждено вводить ограничительные меры, чтобы предотвратить распространение коронавирусной инфекции и остановить рост заболеваемости и смертности в стране. Но в этом случае следует применить и международные нормы о правах человека. Они гарантируют каждому человеку право на наивысший достижимый уровень здоровья, что обязывает государство принимать различные меры для недопущения развития жизненно опасных условий, угрожающих благополучию и здоровью населения.
«Международные стандарты в области прав человека также предусматривают, что в ситуациях, угрожающих здоровью населения и жизни нации, допустимы ограничения определенных прав и свобод в случае введения таких ограничений в установленном законом порядке», — отметила Васильева.
Есть ли право выбора?
В нынешней ситуации часть граждан не сможет попасть в подмосковные рестораны — речь идет о людях с медицинским отводом. Медотвод дают в том случае, если состояние пациента не является стабильным. Но и медотвод не дает гражданину возможность полностью отказаться от вакцинации.
«По мнению врачей, медотвод говорит лишь о том, что конкретному лицу не подходит определенный препарат вакцины. То есть этот документ не позволяет отказаться от прохождения вакцинации в целом», — сказала Оксана Васильева.
Сейчас в Российской Федерации действует национальный календарь прививок. В нем определен перечень обязательных прививок для определенных категорий граждан. В настоящее время прививка от коронавируса внесена в календарь профилактических прививок, и вакцинироваться обязаны работники образования, культуры, медицины и других сфер.
«Получается, что такими антиковидными мерами государство не предоставляет право выбора лицам, осуществляющим профессиональную деятельность, выполнение которой связано с высоким риском заболевания инфекционными болезнями, и требует обязательного проведения профилактических прививок», — сказала юрист.
Увидели ошибку в тексте? Выделите ее и нажмите «Ctrl+Enter»
Регионы вводят QR-коды для посещения общественных мест
Показать QR-коды для посещений массовых мест с октября нужно жителям Ульяновской, Самарской, Пензенской, Белгородской областей, Удмуртии и Пермского края. Остальные регионы еще думают. А где-то уже вводят штрафы за отказ от регистрации в общественных местах. Например, на Ставрополье, где «коды» появились еще в январе 2021 года.
Показать документы о вакцинации нужно и любителям спорта. Например, в Пензе, где на «Дизель-Арене» проводит домашние матчи местная хоккейная команда, вход теперь строго по QR-кодам, подтверждающим прохождение полного курса вакцинации от COVID-19. Принимаются также ПЦР-тесты с отрицательным результатом, но они действительны только в течение трех дней.
Рост числа выявленных случаев коронавируса стал поводом для усиления ограничений в Белгородской области. В регионе теперь нужно иметь документ о вакцинации при себе на фуд-кортах, в ресторанах быстрого питания, детских комнатах и развлекательных центрах для детей и взрослых. В белгородских автобусах усилили контроль за масочным режимом. Все чаще на остановках заходят представители муниципалитета с планшетами, чтобы проверить безналичную оплату у пассажиров. Активные проверки идут по торговым центрам и рынкам.
ПЦР-тесты будут теперь требовать при заселении в гостиницы и санатории Псковской области. Также в регионе с 4 октября отменяются все массовые и спортивные мероприятия, временно прекращается работа всех кружков и секций. В торговых центрах должны быть закрыты все игровые комнаты, а в ресторанах запрещено проводить банкеты. Кроме того, вводится запрет на религиозные службы.
В Перми сделала прививку 102-летняя пенсионерка. Врачам она сообщила, что перед этим внимательно изучала, как действуют различные вакцины. Сейчас она чувствует себя хорошо и хочет привиться еще и от гриппа.
Врач-инфекционист объяснил необходимость QR-кодов в регионах
На фоне очередного роста заболеваемости COVID-19 некоторые регионы России начинают вводить систему QR-кодов для посещения общественных мест. О том, зачем нужны такие ограничения и эффективны ли они на самом деле, «Известиям» рассказал врач-инфекционист «Инвитро-Сибирь» Андрей Поздняков.
Как разъяснил специалист, в QR-коде зашита информация, что человек полностью вакцинирован или переболел COVID-19 в течение последних шести месяцев, то есть имеет иммунную защиту. Он может посещать общественные места, где есть повышенный риск подхватить инфекцию. Даже если человек заболеет, то в большинстве случаев перенесет болезнь легко, в амбулаторных условиях. У человека с иммунной защитой ниже риск госпитализации, смерти и осложнений, которые могут привести к инвалидности, подчеркнул врач.
«В этом истинная цель проходов куда-либо по QR-кодам: не в том, что вакцинированные и переболевшие могут ходить куда угодно, а в том, чтобы не допустить тяжелых случаев заболевания среди тех, кто не имеет иммунной защиты. Будет ситуация в эпидемиологическом плане жестче — по QR-кодам начнут пускать в торговые центры, еще жестче — в общественный транспорт, крупные продовольственные магазины. Ограничения нужны там, где есть вероятность несоблюдения социальной дистанции», — добавил он.
По словам Позднякова, введение пропускного режима — это эффективная мера, если четко понимать, какого эффекта нужно добиться. Так, если цель — предотвращение заболеваемости в целом, то введение QR-кодов не лучшее решение.
«Частично они будут эффективны и для данной цели, потому что вакцинированные и переболевшие более устойчивы к вирусу. Но основная цель QR-кодов — предотвратить тяжелые случаи заболевания, не допуская людей без иммунной защиты в места с повышенным риском. Как бы ни возмущала людей эта мера, чем больше будет таких ограничений, тем лучше для них же», — подчеркнул Поздняков.
По его мнению, QR-коды могут ввести при росте заболеваемости и потребности перепрофилировать стационары в ковидные госпитали. Так, врач напомнил, что заболеваемость в период подъема нарастает стремительно, а объемы нуждающихся в госпитализации сильно растут.
Поздняков также заметил, что вводить QR-коды формально нужно, пока не снизится уровень заболеваемости.
«При каких показателях можно говорить о снижении, единого понимания нет, каждый регион считает по-своему. Фактически ограничения нужно использовать, пока неиммунная прослойка населения не станет ничтожной (менее 15–10%)», — заключил инфекционист.
4 октября глава Роспотребнадзора Анна Попова назвала крайне напряженной ситуацию с коронавирусом в стране. По словам Поповой, в 12 регионах наблюдается рост заболеваемости, только в пяти регионах снижается количество новых случаев COVID-19.
В этот же день премьер-министр РФ Михаил Мишустин заявил, что динамика развития COVID-19 в стране вызывает серьезное беспокойство.
1 октября пресс-секретарь президента РФ Дмитрий Песков заявил о наблюдении плохой динамики в России с распространением коронавируса. Он призвал власти регионов реагировать и принимать необходимые меры.
Апокалиптические QR-коды: Власть пошла против закона?
Административное рвение команды Собянина плодит антиконституционные предложения. Комендантский час, ограничение передвижения, слежка за гражданами создают дополнительную нервозность. Она накладывается ненужным психологическим грузом на и без того сложную чрезвычайную ситуацию в стране
Наша законодательная база отстаёт от развивающейся ситуации и спешно реформируется. На сегодня у нас есть оперативный штаб при Госсовете, который возглавляет мэр Москвы Собянин, и есть новый премьер-министр Мишустин, у которого свой штаб. Два штаба на одну страну слишком много. Психология наших граждан, нравится это кому-то или нет, воспринимает только единоначалие как естественное управление.
Стране сегодня нужна определённость. Если мы находимся внутри действительно опасной эпидемии, то все мы – все вместе с нашей страной – попали в чрезвычайную ситуацию. А у чрезвычайной ситуации есть свои правовые рамки, которые теперь может вводить правительство своей властью.
Любое ограничение прав должно быть основано на федеральном законе: 31 марта 2020 года Федеральное Собрание РФ спешно откорректировало старый, 1994 года закон «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера». Мишустин и его министры получили возможность оперативно реагировать на развитие чрезвычайной ситуации, сложившейся в связи с распространением коронавируса. Правительству даются полномочия принимать решения об «осуществлении им полномочий координационного органа единой государственной системы предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций».
Ответственность за координацию в таких ситуациях всё время у нас плавала от министра ЧС к правительству и обратно. Наконец, при серьёзной эпидемии ответственность вернули Правительству РФ. Это правильно.
Мишустин и его министры получили возможность оперативно реагировать на развитие чрезвычайной ситуации, сложившейся в связи с распространением коронавируса. Фото: government.ru
Теперь необходимо позаботиться о преодолении правовых противоречий между законами, в спешке принятыми в субъектах Федерации, и статьями Конституции. Ведь ни один местный закон не может ущемлять права и свободы граждан России. Ограничивать их может только федеральный закон. Но и он должен соответствовать статье 55 Конституции, которая гласит, что «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства» (пункт 3).
Мы все законопослушные граждане и готовы нести все тяготы сложившейся чрезвычайной ситуации. Но все ограничения должны соответствовать правовому режиму, который действует.
Если чрезвычайное положение не введено в нашей стране, то откуда такие декларируемые ограничения? Режим повышенной готовности, санкционированный мэром Собяниным, по своему правовому наполнению не предполагает ни комендантского часа, ни ограничения посещения религиозных собраний, ни введения системы слежения за гражданами с некими QR-кодами, ни запретом на передвижения по городу.
Здесь многое перевёрнуто с ног на голову. Сначала нужно ввести особый чрезвычайный режим с определёнными обязанностями для граждан, а уже потом можно их дополнять местными требованиями о необходимости выполнения установленных правил поведения при введении режима повышенной готовности. И не путать ограничения, вводимые федеральной властью, с правовыми желаниями и служебным рвением местных руководителей субъектов Федерации.
Ограничения граждан неконституционны
Пока в стране не введено чрезвычайное положение, не может быть никакого комендантского часа, никаких ограничений по передвижению. При режиме повышенной готовности, на введение которого мэр города имеет право, не предусмотрено никак запретов на передвижения горожан.
Поэтому положения Указа мэра г. Москвы от 29 марта 2020 г. № 34-УМ «О внесении изменений в указ мэра Москвы от 5 марта 2020 г. № 12-УМ» требуют уточнения.
Сергей Собянин посетил кол-центр оперативного штаба депздрава по контролю и мониторингу ситуации с коронавирусом. Фото: Александр Авилов / АГН «Москва»
Надо не забывать, что «регулирование и защита прав и свобод человека и гражданина» (статья 71 пункт в) в нашей Конституции относится к исключительному ведению федеральной власти. К совместному же с субъектами (статья 72 пункт б) ведению относится только «защита», но не «регулирование».
Нам могут сказать, что московские власти нас хотели «защитить». Но разве мы нуждаемся в каких-то новых QR-кодах и слежке за нами? Нет, эти меры не являются ни медицинскими, ни карантинными. Они покушаются на нашу свободу как граждан РФ и не имеют на то ни полномочий, ни нашего разрешения.
Об ограничении в передвижении
Ещё раз повторим, что как законопослушные граждане мы понимаем всю ответственность за чрезвычайную ситуацию, в которую попала наша страна и её граждане. Но по Федеральному закону «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» (1994) при введении режима повышенной готовности не предусмотрено никаких ограничений по передвижению по городу. Может быть введено лишь ограничение доступа людей и транспортных средств на территорию Москвы. То есть могут быть ограничены не передвижения горожан внутри города, а только въезд в город транспорта или вход в него других граждан.
В случае развития ситуации местные власти могут организовать эвакуацию населения. Команда Собянина зачем-то решила взять на себя функции, возложенные нашими законами на федеральные власти.
Банковская тайна и биллинг сотовых операторов
Не менее странно и анонсированное отслеживание банковских операций граждан, совершённых на удалении от места проживания. Граждане не давали московским властям согласия на такое разглашение своих банковских тайн. Тем более странно будут смотреться и какие-либо наказания за такие покупки.
В нашей стране существует тайна связи. Фото: Софья Сандурская / АГН «Москва»
Не соответствует Федеральному закону «О связи» (2003), статье 63, и использование биллинга сотовых операторов. В нашей стране существует тайна связи, и доступ к подобной информации имеют только правоохранительные органы, когда ловят преступников. Наши граждане не преступники и имеют право на сохранение своей конфиденциальной информации.
Зачем вообще подобная информация московским властям? Она совершенно избыточна при борьбе с коронавирусом.
Апокалиптические QR-коды
Мы подошли, быть может, к самому чувствительному месту для верующих людей. Московские власти предлагают ввести некие разрешения на перемещение с вводом QR-кодов.
Зачем тратить очередные миллиарды в ситуации экономического кризиса? Эпидемия пройдёт, а кризис-то только усилится. Неужели некуда будет деть эти «лишние» миллиарды? А куда девать те сотни тысяч людей, у которых нет смартфонов? Или тех, кто не захочет иметь дело с очередным неоправданным никакими медицинскими нуждами или чрезвычайными ситуациями цифровым контролем? Или тех, кто не сможет освоить эти современные технологии?
Да и останется ли этот контроль временным – только на время эпидемии? Не захотят ли московские власти распространить цифровой контроль и на не чрезвычайное, обыденное, послевирусное время? На все эти вопросы нет внятных ответов. Зато уже есть определённые страхи и недовольства.
Если эти данные, как говорят, ещё и будут храниться за рубежом, на удалённых серверах иностранных компаний, то это вообще антиконституционно. Российское законодательство требует обязательного хранения персональных данных граждан РФ на серверах в России.
Все эти административные «новации» по меньшей мере противоречивы. И всех их можно избежать введением режима чрезвычайной ситуации. Понятно организованного и законно введённого.
Хотя, конечно, федеральную власть можно легко понять. Вводя режим чрезвычайной ситуации, она попадёт под очередной шквал оппозиционных обвинений во всех смертных грехах. Но тогда надо сдерживать ретивое администрирование местных руководителей, не давая им выходить из правового поля своей компетенции. В сложившейся непростой ситуации нам нужно прежде всего спокойствие. Его надо ценить власти и отметать всё, его подрывающее.
